Десятый еврей

В ту ночь наша дивизия залегла где-то во Франции, а фронт находился лишь в трехстах ярдах, за невысоким холмом, который скрывал нас от вражеского взгляда, но не мог укрыть от его артиллерии.

Промокшие и изможденные, мы без передышки прошли быстрым маршем 15 миль по покрытым грязью дорогам к позиции, которую сейчас занимали. Большинство солдат нашли, какое только могли, укрытие в разрушенных домах и сараях. Наши две роты добрались к уцелевшим остаткам старой церкви.

Две стены и часть крыши все еще держались. Остальное лежало у наших ног в руинах. Камни, которые некогда возвышались в готическом великолепии, смешались с осколками разбитых витражей. К счастью, ветер гнал дождь на оставшиеся две стены. Сгрудившись в углу с подветренной стороны, мы были защищены от дождя, однако холод пронизывал нас подобно острому стальному ножу.

Проходил час за часом, а мы все еще лежали там, дрожа от холода, напряженно слушая периодический свист больших снарядов. Единственный человеческий звук исходил от разрывающего грудь кашля Макса. До войны Макс работал экспедитором на швейной фабрике своего дяди. Это был молодой человек с невинным взглядом широко открытых глаз. Семь месяцев войны не ожесточили его. Но Макс заболел и сейчас кашлял хуже, чем когда-либо. Его худое тело сотрясалось и извивалось от каждого нового приступа судорожного кашля.

Все ближе и ближе слышался звук разрывающихся снарядов. Руины церкви вибрировали. К тому же направление ветра изменилось, и мы до костей промокли от дождя. Чтобы как-то согреться, мы беспрерывно курили. Но дождь почти сразу гасил сигареты.

Прибежал связной и сказал, что мы должны начать наступление в 5 часов утра. В 4.20 Макс скончался от внутреннего кровоизлияния. Перед смертью он молил нас похоронить его останки по традициям предков.

С помощью острых камней мы выкопали мелкую могилу. Якоб, который три года проучился в раввинской семинарии, должен был совершить обряд. И тут он увидел, что нас, евреев, было только девять человек, а для миньяна* нас должно было быть не меньше десяти.

Мы молча стояли в предрассветной дымке, а дождь хлестал по нашим и без того промокшим униформам. И также молча мы смотрели друг на друга. Часы отсчитывали последние секунды. Нам нужно было десять евреев. До пяти часов оставалось 15 минут. Время истекало… Разгорался свет зари. Неподалеку взорвался снаряд. В ответ на взрыв церковь задрожала. Позади нас ухнуло что-то тяжелое. Мы испуганно оглянулись. Статуя распятого Йешуа позади разрушенного алтаря накренилась между двух столбов, но перекладины креста помешали ей упасть.

И вдруг Якоб закричал: «У нас есть полный миньян!»

Мы смотрели друг на друга. Когда Якоб осторожно принес статую Йешуа и прислонил ее к стене, слезы потекли по нашим щекам, смешиваясь с дождем. Теперь нас было десять. Мы нашли десятого еврея…

Якоб начал медленно читать молитву:

«Прославлено и возвеличено да будет имя Его в мире, созданном по Его воле. Пусть Он да воцарится как Царь…»

Бен Ами

* Миньян — необходимый минимум (10 мужчин) для совместной молитвы иудеев.


Источник: Свет на Востоке

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *